Колосилась в поле рожь густая,
Осыпались усики овса,
Где-то за деревнею далекой
Девичьи звенели голоса. *

Не хватило Коле керосину,
Он поехал в город получать,
Не успел он с горочки спуститься,
Немцы оказались впереди.

Отобрали у Коли бак бензина,
Тело молодое подожгли,
Загорелось тело молодое,
А потом документы нашли.

Там ждала его семья родная,
Девушка из дальнего села,
Полоса несжатая стояла,
Колю-тракториста все ждала.

Колосилась в поле рожь густая,
Осыпались усики овса,
Где-то за деревнею далекой
Девичьи умолкли голоса.

*) - две последние строки повторяются

Шли два героя
С испанскыва боя,
С испанскыва боя домой.*

Они повернули
На финску границу,
На финску границу воевать.

А финн меня ранил,
Ударил-поранил,
Ударил-поранил тижало.

Товаришш, товаришш,
Болят мои раны,
Болят мои раны тижало.

Одна нарывает,
Другая прорывает,
А с третьей придется умереть.

А дома детишки,
Жена молодая,
Оне дожидают домой.

Оне дожидают,
На карты гадают,
Но скоро не будет меня.

А вырастут дети,
Да спросют у мамы -
«Да где же наш папочка родной?»

А мать отвернется,
Слезами зальется -
«Убит ваш отец на войне!»

«Как вырастем, мама,
Большие-пребольшие,
То мы отомстим за отца!»

*) – строфа повторяется

Село с рассветом вышло из тумана,
Стоял суровый утренний мороз,
Схватили немцы девушку Татьяну
И потащили в хату на допрос.
В ее глазах бесстрашие пылало,
У ней нашли гранату и наган.
Пытали, но ни слова не сказала,
Не выдала Танюша партизан.

Припев:
Пусть слава не умолкнет о Тане-комсомолке,
Нигде нет наших девушек смелей,
Они рискуют жизнью, как Таня для отчизны,
Всегда со светлым сердцем как у ней.

Седые ветры злобным ветром гнуло,
Палач к веревке ящик приволок,
И девушка в последний раз взглянула
На вьющийся над крышами дымок.
«Нас не сломить!» - услышали крестьяне,
Но тут веревка крик оборвала,
И те слова, сто пела наша Таня,
Со всех печальных лиц слеза смела.

Припев:
Пусть слава не умолкнет о Тане-комсомолке,
Нигде нет наших девушек смелей,
Они рискуют жизнью, как Таня для отчизны,
Всегда со светлым сердцем как у ней.

Десять винтовок на весь батальон,
В каждой винтовке последний патрон,
В рваных шинелях, в дырявых лаптях,
Били мы немцев на разных путях. *

Всю Украину он грабил и жег,
Так что за нами остался должок,
Час подошел, наступила пора,
Время, друзья, расплатиться сполна.

Где эта улица, где этот дом,
Где эта девушка, что я влюблен?
Улицу эту врагу не пройти,
В дом этот светлый врагу не зайти!

Пушки и танки фашистов громят,
Летчики наши на запад летят,
Подлого Гитлера черная власть
Крутится-вертится, хочет упасть.

*) - две последние строки повторяются

Маленький домик на юге,
Пристань внизу над рекой,
С песней веселой о друге
Слышен баян над рекой.
Маленький дом с мезонином,
Чуть потемневший фасад,
Густо заросший жасмином,
Старый заброшенный сад.

Глянешь на карточку сына,
Думаешь думу одну,
И на минуту застынешь,
Тихо прижавшись к стеклу.
Знаешь, что где-то воюет,
Писем давно уж не шлет,
Жизнью своею рискует
Сталинский храбрый пилот.

И только когда над Берлином
Флаг будет красный сиять,
В маленький дом с мезонином
Летчик придет отдыхать.
И только когда над Берлином
Флаг будет красный сиять,
В маленький дом с мезонином
Летчик придет отдыхать.

На горе высокой старый дуб стоит, *
А под тем под дубом партизан лежит,
Он лежит, не дышит, он как крепко спит,
Золотые кудри ветер шевелит. **

Перед ним старушка, мать его стоит,
Слезы проливая, сыну говорит –
«Я тебя растила, нежно берегла,
А теперь могила здесь будет твоя».

Когда ты родился, батька немцев бил,
Где-то под Одессой голову сложил,
Я вдовой осталась, пятеро детей,
Ты был самый младший милый мой Андрей.

Позади старушки стоял командир,
Ласковое слово он проговорил -
«Ты не плачь, родная, он героем пал!»,
И с земли старушку тихо приподнял.

*) – песню привез отец «с войны»
**) – последняя строка повторяется

Все пташки мелки пели,
Был слышен голосок,
Два храбрые героя
Просились ночевать.

Два храбрые героя
Просились ночевать –
«Любезная хозяюшка,
Пусти нас ночевать!»

«Я печку не топила,
Гостей я не ждала».
«Любезная хозяюшка,
Не надо ничего!

Любезная хозяюшка,
Не надо ничего!
Завтра чуть светочек,
Опять в поход пойдем.

Признай, признай, хозяюшка,
Супруга своего,
Еще признай, любезная,
Сыночка своего».

Ког(ы)да в поход я уходил*
В суровые к(ы)рая,
Плат(ы)ком взмахнула у ворот
Моя любимая. **

С обидой пишешь мне письмо,
Что я забыл(ы) тебя,
Но ты пойми, что на войне,
Моя любимая.

И много вас, не перечесть,
Ждут письма от(ы) меня,
И в Омским есть и в Томским есть
Моя любимая.

Еще ты пишешь, растет дочь,
Походит на меня,
Но пусть рас(ы)тет, и я не п(ы)рочь,
Моя любимая.

А кто ж отец малютки той,
Кто спросит у тебя,
Скажи, погиб он на войне,
Моя любимая.

*) – песню привез отец «с войны»
**) - две последние строки повторяются

Жили два товарища на свете,
Хлеб и соль делили пополам,
Оба молодые, оба Пети,
Оба немца гнали по полям.

Но один гранатой был контужен,
И снарядом раненный другой,
Завязали раны под-потуже,
Чтоба жил товарищ дорогой.

Встретились ребята в лазарети,
Койки рядом, им привстать нельзя,
Оба молодые, оба Пети,
Оба неразлучные друзья.

Каждого из ложечки кормила,
Каждого из равныва пайка,
Девушка, по имени Людмила,
Отдыха не знавшая сестра.

И во том военном лазарете,
В той палате светлой и большой,
Оба молодые, оба Пети,
Оба полюбили всей душой.

Вечер вечереет,
Солдата сердце мрет,
Берет ружье, патроны,
В ночной секрет идет.

Стою я до полночи,
С полночи до утра,
С ума мене не сходит
Родная мать моя.

Прослужил я годик,
А с дому писем нет,
А где ж мои родные,
Наверно в живых нет.

На второй день Паски
Письмо я получил,
Мамаша с дому пишет –
«Отца Гитлер убил».

А на второй день Паски
Второе получил,
Мамаша с дому пишет –
«Два брата умерли».

Лежу я, поминаю,
В Монголии в бою,
А хто же похоронит
Родную мать мою?

Беру конверт, бумагу,
Письмо домой пишу –
«Не плачь, не плачь, мамаша,
Я очень Вас прошу!»

Беру конверт, бумагу,
Второе я пишу –
«Не плачь, не плачь, мамаша,
Я раненый лежу.

А рана небольшая,
Остался без ноги,
Вторая не опасна –
По локоть нет руки».

Изныло мое сердце,
Зболела моя грудь,
Наверно мне придется
Здесь ноги протянуть.

На море, на рейде эсминец стоял,
Матросы с родными прощались,
А море дарило покой красоты
И где-то вдали исчезало. *

А там во садочке, где пел соловей,
Он пел свою песню, играя,
С девченкой прощался матрос молодой,
Надолго ее покидая.

Он обнял упругую девичью грудь,
Ко рту он прижался губами,
Два сердца слилися как будто в одно,
И сразу дышать легче стало.

Он долго стоял и смотрел ей в глаза –
«Прощай, дорогая Маруся!
Вот, скоро возьмем Севастополь родной,
С победой к тебе я вернуся!»

Матрос с ней простился, ушел на корабль,
Она как дитя зарыдала –
«Я знаю, что ты не вернешься назад,
Найдут тебя мертвого в скалах».

Эсминец рванул и пошел по волнам,
Машина его оглушила,
Слезу утирая дареным платком,
Грустила, что мало любила.

Напрасно девченка ждет парня домой,
Напрасно о нем все мечтает,
А он на эсминце погиб за рулем
И кровью совсем истекает.

*) - две последние строки повторяются

Замело, запорошило хаты,
Ясный месяц над речкой упал,
Огоньки загорелися в хатах,
Вьюга спит, и солдат задремал.*

А на утро проснулися оба,
Вьюга шепчет солдату – «Поверь!
За любовь и за ласку людскую
Ты мне верный товарищ теперь».

*) - две последние строки повторяются

Пала темная ночь
У приморских границ,
Лишь дозор боевой
Не смыкает ресниц.

Замечает дозор
Среди бури ночной,
Что японцы ползут
У границы родной.

Не пройдешь, подлый враг,
Слышен голос гранат,
Пулеметы твердят –
«Разобьем тебя в прах!»

Пусть вас тысячи там,
Нас одиннадцать здесь,
Не сдадим мы врагам
Нашу гордость и честь!

Бились день, бились два, *
Отступили враги,
К Заозерной горе
Наши части пришли.

Знает Сталин-отец,
Знает Родина-мать,
Что советский боец
Не привык отступать.

*) – строфа исполнителем не пелась (забайкальский вариант)

Этот случай совсем был недавно,
Это было вот в этой войне,
Капитан Украинского фронта
Шлет письмо он любимой жене.

«Дорогая жена, я калека,
Нет руки, нету правой ноги,
Я боролся, родная, за счастья,
Для тебя я покой твой берег».

«Милый муж, я письмо получила,
И не знаю, чего отвечать,
Ты вернешься и будешь калека,
Только будешь на койке лежать».

А внизу уж писала другая
И там видно, что почерк другой,
Этот почерк был милой дочурки,
Она звала папашу домой.

«Папа, папа, не слушай ты маму,
Приезжай поскорее домой,
Ты приедешь, и я буду рада,
Буду знать, что мой папа со мной.

Я катать тебя буду в коляске
И цветы тебе буду я рвать,
В жаркий день, когда ты запотеешь,
Буду нежно тебя вытирать».

Вот мелькают леса, реки, горы,
Поезд мчится, по рельсам стрелой,
Капитан Украинского фронта
Приезжает (с войны он) домой.

Вот уж поезд к вокзалу подходит,
Капитан на перроне стоит,
А навстречу родная дочурка –
«Папа ты или нет?» говорит.

Папа, папа, ну что же такоя,
Руки-ноги обеи целы,
Орден «Красного знамя» сияет,
Расположен на левой груди.

«Обожди, дорогая дочурка,
Что же мама не вышла встречать?»
- «Папа, мама уж стала чужая,
Нам не нужно о ней вспоминать».

Может в Рыжково, может в Рязани
Не ложилися девушки спать,
Много варежек теплых связали,
Чтоб на фронт их в подарок послать. *

Украшали цветной их каймою,
Славно спорился девичий труд,
Все сидели вечерней порою,
И гадали, кому попадут.

Может летчику, может связисту,
Иль кому из отважных стрельцов,
Иль чумазому парню-танкисту -
У отчизны есть много сынов.

Получил командир батареи
Эти варежки-пуховички,
Что так нежно и ласково грели,
Как пожатие женской руки.

Скоро, скоро закончим Победу,
Поезд двинется в снежную даль,
И тогда непременно заеду
Может в Рыжково, может в Рязань.

*) - две последние строки повторяются